Участников отрядов самообороны могут приравнять к ветеранам боевых действий

Поводом для вчерашнего процесса послужил запрос Казбековского райсуда Дагестана, куда обратились 29 жителей района, добивающихся признания их участниками боевых действий во время вторжений незаконных бандформирований на территорию района. 22 декабря 1997 года отряд самообороны сразился возле границы с Чечней с группой боевиков под руководством Хаттаба, возвращавшейся после нападения на военный гарнизон в Буйнакске. Во время боя один ополченец был убит, четверо получили ранения. 5 сентября 1999 года во время вторжения боевиков в Ботлихский и Новолакский районы Дагестана ополченцы приняли бой вместе с сотрудниками силовых структур, ряд из них также получили ранения.

Однако ополченцам, в отличие от сотрудников правоохранительных органов, получить удостоверение ветерана боевых действий и соответствующие льготы не удалось, поскольку статья 3 оспариваемого закона «О ветеранах» ополченцев не упоминает. Кроме того, эта статья распространяется на участников боевых действий, которые указаны в данном законе, а дагестанский бой 1997 года в него не включен. Авторы жалобы и поддержавший их Казбековский райсуд, считают, что такой подход противоречит Конституции.

«Нас на войну направила администрация района»,— говорят ополченцы. Это подтверждает и постановление Госсовета Дагестана от 9 августа 1999 года о формировании отрядов самообороны при органах местного самоуправления, а также утвержденное тем же Госсоветом положение об этих отрядах. Ополченцы ссылаются на полученные ими ордена Мужества и медали «За отвагу». «Если мы не являемся участниками боевых действий, за что нас наградили?» — говорится в открытом письме в КС Нурмагомеда Нурмагомедова, в 1999 году возглавлявшего штаб ополчения села Новочуртах.

Представители федеральной власти вчера настаивали на том, что государство может поощрять наградами подвиг своих граждан, но не должно предоставлять особые гарантии социальной защиты тем, кто исполнял свой гражданский долг добровольно, а не по обязанности или контракту. Как подчеркнул в своем выступлении полпред президента в КС Михаил Кротов, граждане, вступая в ополчение, «не преследовали корыстных целей», в том числе получения льгот, и могли в любой момент из него выйти. При этом на федеральном уровне создание отрядов самообороны вообще не урегулировано, отметил полпред президента. Власти Дагестана тоже не предлагали распространить на ополченцев статус ветеранов, при этом ряд судов в республике «исходя из только им понятных представлений о справедливости» и с согласия военных комиссариатов предоставляли им такие льготы, причем за счет федерального бюджета, возмутился господин Кротов. Как подтвердила представитель Генпрокуратуры Татьяна Васильева, суды Дагестана вынесли 19 решений в пользу граждан, признав 17 из них ветеранами. При этом в боевых действиях в Дагестане, по данным глав поселений, участвовали около 7 тыс. ополченцев.

Полпреда президента поддержал и представитель правительства Михаил Барщевский. «Есть формы поощрения за порыв, а льготы даются за службу»,— заявил он, предупредив, что «приравнивать любое формирование людей с активной жизненной позицией к госоргану опасно». Представители Госдумы и Совета федерации также предлагали КС не расширять рамки закона. Господин Кротов даже заявил, что КС не вправе восполнять пробелы в законах и подменять собой законодателя.

Уверенности представителей исполнительной и законодательной власти вчера не разделяли лишь сами судьи КС. Председатель КС Валерий Зорькин предложил господину Кротову исключить из протокола нелицеприятную оценку решений дагестанских судов, а судья Николай Бондарь попросил уточнить, считает ли полпред президента, что пробел в законе не может быть предметом рассмотрения в КС, даже если он нарушает конституционные права.

КС вынесет решение по этому вопросу через две недели.

Анна Пушкарская, Санкт-ПетербургПодробнее: http://www.kommersant.ru/doc-